
Энрико… имя звучит, как тёплый вечер где-нибудь в Тоскане, а на деле — Москва, серое небо и двенадцать зим подряд. Пятьдесят пять лет, итальянец, который упрямо не сдался холоду — сам шутит, мол, если не замёрз, значит, судьба ещё что-то готовит. Днём он колдует над деликатесами: воздух вокруг него пахнет пряным мясом, оливковым маслом и чем-то таким… домашним, что аж щемит. А вот внутри — тишина. Не уютная, нет. Настоящая, звенящая. Когда-то одна история (он не любит вдаваться в подробности, и правильно делает) словно выдернула у него голос. В прямом смысле. Представьте: итальянец — и не поёт. Это почти как море без соли, ну вы поняли. С тех пор он живёт с тихой, но упрямой мечтой — встретить ту самую женщину, рядом с которой всё вернётся. Само. Без усилий, без надрыва. Он мягкий человек, даже слишком. Крик для него — как нож по стеклу. Москвички его слегка пугают, честно: быстрые, острые, с этими их взглядами… будто насквозь видят. А длинные ногти он вообще считает чем-то вроде скрытого оружия — смешно, но в этом есть доля правды. И да, женщин-начальниц он аккуратно вычеркнул. Не его это. |