
Виктория, 30, Москва. Про таких говорят — сама себя слепила, да ещё и характер сверху прикрутила, чтоб не расслаблялась. Днём она колдует над волосами — аккуратно, почти ювелирно, будто не пряди наращивает, а судьбы подшивает. И где-то между запахом горячих щипцов и лаком для укладки живёт её странная, на первый взгляд, мечта: чтобы однажды в её кресло села Бузова. Не ради денег — нет. Ради этого тихого, почти детского «я смогла». Жизнь у неё не сахар, и она этого не стесняется — с 15 лет сама по себе, как говорится, без руля и без ветрил, но выплыла же. Характер? Ох, там целый фейерверк. Сегодня — мягкая, почти прозрачная, завтра — вспыхнет так, что держись. И предупреждает честно, без обёртки: «переключаюсь быстро». С мужчинами у неё разговор короткий. Исчез — значит, до свидания навсегда. Молчишь — ну и молчи дальше, она мысли читать не нанималась. Роботы без чувств? Мимо, скука смертная. А вот идеал у неё... странный. Волшебник. Да-да, не шутка. Чтобы и кран починил, и душу подлатал, и настроение поймал ещё до того, как оно само оформится. Чтоб рядом с ним даже поход за хлебом казался маленьким побегом из реальности. |