Четыре года. Именно столько было ему, когда мир просто взял — и треснул. Железнодорожный перрон, запах солярки, гул чужих голосов и... всё. Дальше — темнота, казённые простыни, незнакомые фамилии в потрёпанных папках.
Странная штука — детская память. Лица родителей она стёрла почти подчистую, как карандаш на бумаге. А вот дом — тот самый, с облупившейся краской на ставнях — никуда не делся. Снился. Снова и снова, всю жизнь, как старая заноза, до которой не дотянуться.
Детдом он пережил. Вырос. Но отпустить — так и не смог.
Когда мужчина наконец нашёл тот адрес из своих снов, он и сам не знал, чего ожидает. Руины? Чужих людей? Тишины? Но судьба приготовила кое-что другое. Соседка, случайно столкнувшаяся у подъезда, обронила между делом — почти небрежно, будто речь шла о погоде — что у него есть сестра. Живая.
Для неё эта новость стала ударом под дых. Она давно отгоревала. Похоронила братишку внутри себя — тихо, без могилы, просто закрыла дверь и перестала ждать. А теперь на пороге стоит незнакомец с дрожащим голосом и говорит: «Это я».
Верить или не верить? Как вообще проверить то, что живёт не в документах, а где-то глубже — в том месте, где сердце начинает колотиться при виде старой фотографии? | 